Валицкий: вместо того, чтобы учиться на ошибках, Польша упорно в них вязнет

898
(обновлено 22:09 19.10.2020)
Скончавшийся 20 августа историк идей, профессор Анджей Валицкий сказал в последнем интервью о наполовину восточной, наполовину западной Польше, имперской ностальгии, об авантюризме и о заблуждениях

Анджей Валицкий (15 мая 1930 года — 20 августа 2020 года) был последним из живших столпов варшавской школы истории идей, которую кроме него в 50–60-е годы XX века создавали в Варшавском университете Бронислав Бачко, Лешек Колаковский и Ежи Шацкий. Так же как и остальные (кроме Шацкого), он был вынужден заниматься научной деятельностью в основном за пределами Польши, в том числе в университетах Австралии и США.

Научный путь, который он избрал, был исключительно трудным и в Польше особенно тернистым, поскольку Валицкого интересовали философия и политическая мысль России. Его проблемой стало несоответствие основанного на обширных исследованиях понимания России и российского мировосприятия доминирующим в Польше представлениям о России, базирующимся на стереотипах и политических эмоциях и интересах.

Интервью состоялось в июле этого года. Здоровье профессора, однако, не позволило закончить авторизацию. "Огонек" публикует последнюю согласованную версию с незначительными сокращениями.

— Что нам мешает?

— В смысле — кому?

— Полякам? Польше?

— Главным образом комплекс неполноценности по отношению к Западу, компенсирующийся комплексом превосходства по отношению к Востоку. Характерный в основном, хотя и не только, для руководящих элит, поскольку так называемое случайное общество интересовалось в основном другими вещами.

— Почему?

— Мы занимаемся самообманом, убеждая себя в том, что являемся частью Запада. Не являемся и никогда не были. Мы наполовину восточные, наполовину западные.

— Восток Польши восточный, а запад — западный?

— Восток и запад — восточно-западные. В каждом из нас это есть. И еще имперская ностальгия.

Мы хвалимся, что у нас была страна многих культур. Но это была всего лишь страна нескольких отдельных культур, существовавших обособленно, не вместе. А мы хотели эту страну сделать сарматской. (Сарматизм — шляхетская идеология, доминировавшая на землях Речи Посполитой в ХVI–ХIХ веках, в соответствии с которой польская шляхта якобы происходила от древних сарматов.— Здесь и далее в скобках примечания переводчиков.) Забирали у православных православную интеллигенцию, у евреев — еврейскую. Каким образом у нас могла быть империя многих культур, если мы непременно хотели иметь католическое государство? У нас никогда не было имперского потенциала, потому что мы хотели иметь все польско-католическое.

— Такие были времена.

— В России — нет. Русские были способны принять то, что являлось иным. Например, татар. Были целые династии заслуженных для России людей в разных сферах жизни, от государственной и военной службы до культуры, философии, поэзии. Ахматовы, Бердяевы, Бухарины, Чаадаевы, Кутузовы, Тургеневы и многие-многие другие. А если какой-нибудь русин ассимилировался в Польше, то потом он набрасывался на православные процессии. С католицизмом, сарматизмом и верой, что мы являемся плацдармом Запада, нельзя было создать и удержать империю.

— К счастью, у нас уже нет таких мечтаний.

— Зато у нас есть развитые мессианско-имперские мечтания. Польша, которая однажды уже спасла мир от коммунизма, должна быть избранным, стратегическим партнером США, по-прежнему защищающим мир от коммунизма и левацких идей, воплощением которых является Россия. Таким образом, мы заменили миф стремления к свободе мифом русофобского союза под знаменами реакции. И очень гордимся этим. Люди, которыми овладели такие мечтания, переживают отношения с миром в форме великого страха. Поэтому мы продолжаем искать похвал и одобрения. Когда кто-то на Западе или на Востоке говорит, что мы великие, мы аж подпрыгиваем. Мы больше всего заботимся о том, чтобы нас ценили. Глава Национального центра науки даже выдвинул идею, чтобы польские ученые публиковались только на английском языке.

— Третий мир так делает. Благодаря этому он существует в глобальном обороте.

— Им это удалось, а нам не удастся. Потому что там есть наследие колониализма. У них вообще не было других университетов, кроме англоязычных. А мы никогда не были колонией, не создавали других университетов, кроме польских. Мы были страной, история которой имела прекрасные страницы, но верх над ними одержал комплекс.

— Необоснованный?

— Комплекс является необоснованным. Другие нами интересуются. Нам есть что им сказать. Книги о Польше для иностранцев я писал по-английски. А если писал по-польски, то их переводили. Но у нас должно быть либо одно, либо другое. С одной стороны, Институт национальной памяти — "Польша — Христос народов", а с другой — Национальный центр науки — "Жаль тратить время на писанину по-польски".

Польша спасает "Северный поток-2"

И то, и другое по-детски несерьезно. Так же, как и наши имперские амбиции. Поскольку даже с украинцами мы не смогли построить ничего долговечного. Мы заботились только о земельных владениях. Мы относились к русинам, как к невольничьей черни. Не хотели строить с ними совместно империю. Мы хотели, чтобы они были подданными нашей империи. Мы не в состоянии ничего делать совместно. Мы продолжаем стремиться к какой-то конфронтации и доминированию. Вовне и внутри.

— Наша специфика — это авантюризм?

— Он является нашей погибелью. Как страна мы живем с ощущением страшной обиды за то, что нам не удалось спихнуть Россию в Азию — туда, где место потомкам Чингисхана. Но мы не хотим быть на рубежах Запада. Мы хотим быть в центре. Поэтому пытаемся отделиться от Востока государствами, которые станут порубежьем. Поэтому после Литвы, Латвии, Эстонии мы хотим присоединить к Западу Белоруссию и Украину. Это — наша официальная государственная доктрина.

Идея русофобская и не имеющая никаких шансов быть реализованной. Мы не можем по-партнерски договориться не только с русскими. С украинцами, белорусами, литовцами тоже не можем. Мы продолжаем относиться к ним потребительски, с позиций превосходства, патерналистски. Они это чувствуют, видят, слышат. А нас не хватает хотя бы на один добрый жест. Даже когда после катастрофы самолета русские вели себя сердечно, с сочувствием, доброжелательно. В газете Березовского напечатали дифирамбы Леху Качиньскому, поскольку в речи, которую он не успел произнести, он признал, что Катынь — это наша общая трагедия, одно из многих преступлений "большой чистки". А по государственному телевидению показали "Катынь" Вайды — фильм, который, к сожалению, я не особо ценю, потому что нахожу в нем все польские стереотипы. Но нас одурманила злоба к России и русским. Мы не могли выразить благодарность. Любой ценой мы должны найти там виноватого. Это — польская болезнь.

— Россия — не единственная наша проблема.

— Но главная. Потому что вместо того, чтобы рационально подумать о том, почему у нас постоянно так многое не получается, мы сваливаем вину на Россию. Таким образом мы освобождаемся от ответственности за все наши ошибки, неправильности и поражения. Поэтому вместо того, чтобы учиться на ошибках, мы упорно в них вязнем.

— В чем вязнем?

— В абсолютно ложном мировосприятии. В убеждении, что мир не изменяется и только постоянно нас притесняет или предает. Если мы не хотим видеть, что Россия Петра Первого, Сталина и Путина — это не одна и та же страна, если мы не видим разницы между Германией Бисмарка, Гитлера и Меркель, между Америкой Рузвельта, Картера и Трампа, то как мы можем нормально ориентироваться в действительности? Серьезные люди с университетскими званиями думают и пишут в таком духе. К счастью, в основном по-польски. Это делает нас смешными и несчастными.

Мы обманываемся, как мало кто в мире. Мы лжем о себе и других. Поэтому мы не способны на серьезный разговор или мысли. Разве можно серьезно думать о действительности и разговаривать с другими, когда живешь в абсолютной абстракции и когда веришь, что другие — это само зло.

— Зло существует.

— Но мы видим в себе лишь добро, а в других — только зло. Разве Россия делает нам что-то такое плохое, чтобы мы к ней так относились?

— Она организовала скандал с прослушкой. Вмешивается в выборы, и ведь не только в Польше. Но в польском восприятии самое плохое, наверное,— это то, что мы считаем себя лучше России, при этом она, а не мы, является великой державой. Но объясняет ли это, почему мы так грыземся друг с другом?

— В определенном смысле. Потому что как нацию нас не удовлетворяет наша абсолютная имперская нереализованность. И мы все еще ищем виноватых. В том числе среди своих. Это немного напоминает русских коммунистов, которые только при Путине создали свою партию, не являющуюся придатком Кремля. И быстро оказалось, что это никакие не коммунисты, а националисты. Ведь их лидер Геннадий Зюганов верит в теорию о том, что сегодняшняя Россия — это Третий Рим, в другие подобные глупости. Аналогично тому, как многие поляки верят в то, что Третья Речь Посполитая (так в современном политическом языке именуют постсоциалистическую Польшу) — это воплощение Светлейшей Речи Посполитой от моря до моря. Хотя Речь Посполитая никогда не достигла и не хотела достичь границ Черного моря. Это популистское заблуждение.

Польша требует российских денег

Большую часть поляков с большой частью русских связывает популистское убеждение в том, что, имея власть, можно перечеркнуть несколько сотен лет истории, выбросить наследие поколений в мусорное ведро и начать все заново в любой исторической точке. Это оправдывает отказ от идеи ограничения власти, то есть limited government. Зачем ограничивать власть, если можно творить такие чудеса? Кто-то заявляет, что на деньги налогоплательщиков поставит триумфальную арку на Висле, а другие кивают головами вместо того, чтобы отправить его в сумасшедший дом. Это всеобщее помешательство, вырастающее из ложного представления о себе в мире и в истории.

— Это что-то новое?

— Это абсолютно ново. Потому что раньше партии вырастали снизу. Люди чего-то хотели и объединялись для того, чтобы это реализовать. А теперь партии по своему усмотрению подбирают себе электорат и покупают его обещаниями. Демократия стала пустой формальностью. Это форма, а не содержание. Выигрывает тот, кто за чужие деньги купит больше голосов. Обещание "Польши от моря до моря" дает голоса и немногого стоит тем, кто обещает. Поэтому и плодятся такие невероятные идеи.

— Это, по вашему мнению, польская специфика?

— Нет. Это повсеместная проблема. Но у нас она попадает на благодатную почву. Так как у нас уже в представлении о самих себе существует серьезная проблема с реализмом.

— И поэтому мы грыземся больше, чем другие, а потом проигрываем?

— Не только. Второй причиной является морализаторство. Я не знаю ни одной другой страны, в которой дискуссии по существу так радикально вытеснялись бы паническим морализаторством. В Польше все и всем непрестанно читают мораль и поучают. Мы не ведем спор о том, что лучше, а что хуже. Мы спорим о том, что плохо, а что хорошо. Что является нравственным, а что — безнравственным. Обычно за этим кроется мелочная злопамятность и подлость. Что свободная Польша сделала с Ярузельским? Обвинила его в действиях, мотивированных жаждой наживы. Это ведь была такая чудовищная низость, что у меня даже нет слов.

— Откуда это в нас взялось?

— Из-за того, что мы стесняемся самих себя. Люди, которые считали, что свободную Польшу необходимо возродить в великом кровопролитном бою, но трусили и на него не отважились, не могли простить Ярузельскому, что он вел себя мудро, с честью и привел Польшу к независимости практически без кровопролития. Эго проблема несбыточных мечтаний о великих национальных порывах, которые с давних пор мало кому удаются. Героические порывы, которые начинаются и заканчиваются за кухонным столом, оставляют после себя стыд, разбавленный подлостью и мстительностью по отношению к тем, кому удалось меньшей ценой сделать что-то хорошее для Польши.

Итоги "Мюнхена": иногда терпение заканчивается внезапно

Когда у самих нет высокого достоинства, другим его в Польше не прощают. А я мечтаю о том, чтобы в Польше было немного благородства, немного великодушия, немного стремления понять других, а не только критика и осуждение.

— Что с этим делать?

— Необходимо разговаривать с людьми. Отдельные люди обычно более порядочны, чем группы. До них легче достучаться толковым аргументом. Человека можно убедить. Убедить группу сложно.

— Ведь в межвоенный период морализаторство тоже процветало.

— Не так сильно…

— А почему сейчас не так?

— Потому что наиболее идеологизированный сегмент политического класса периода "постсолидарности" искренне поверил, что без единого выстрела сверг коммунизм и потому ему причитается благодарность мира до гробовой доски и все позволено. Имело значение и приукрашивание своей собственной биографии с помощью придания ей героических черт. А нельзя показать героические поступки, которых практически не было (за исключением первых послевоенных лет).

Трудно увековечивать героизм, которого не было, но если применить принцип коллективной ответственности, то легко осуждать, клеймить и наказывать за измены, которых тоже не было. А когда укажут виновных, можно выбрать жертв. Когда клеймят провинности одних, можно симметрично восхвалять заслуги других. То есть свои собственные. Осуждая других, легко хвалить себя. Заслуги, которых не было, легче вознаграждать, если выдвинуть на первый план провинности, которых также не было. Так создается национальный пантеон ложных героев, приписывающих себе ложные заслуги. Это открывает поле для хвастовства и восхищения собой. Бесстыдное хвастовство самозваных элит стало в Третьей Речи Посполитой польской специализацией.

— Людям это не мешает.

— Некоторым мешает. А другие приспосабливаются. Чванятся той частью ложной славы, которая перепадает им.

— Постыдно.

— Глупо, мелко и опасно. Потому что на большой лжи не получится построить ничего хорошего. А мы в ней погрязли, пропитываем ею детей в школе, сами начинаем верить в это наше великолепие. В то, что как никто другой на свете можем свергать "коммунизмы" и делать счастливым человечество.

— Получается, Третью Речь Посполитую разъедает оппозиционная спесь, вызванная сознанием того, что она свергла коммунизм, в то время как в действительности он пришел в упадок самостоятельно?

— Низвержение коммунизма началось с середины 50-х из-за коммунистов, которые утратили веру. Поскольку это была плохая и неэффективная система, он размягчался. Разрушался. Эволюционировал. Пока не остались одни лишь заклинания и декорации. Весь этот процесс нужно было замолчать, чтобы в Третьей Речи Посполитой кичиться свержением системы. Для самовозвышения нужна была ложь. Чем больше проходит времени, тем больше эта ложь и тем дальше она уводит нас в сторону. Сейчас мы все живем в фантазиях, созданных Качиньским и его командой.

— Фундаментальная ложь отрывает нас от реализма, риторика, противоречащая фактам, провоцирует морализаторство. Поскольку факты исчезают, в мире, противоречащем фактам, можно грызться без конца, так как никаких рациональных доводов привести не удастся. Это наше проклятие?

— К сожалению. Мы все этому подвержены. Даже умные люди попадаются в эту ловушку. Тот, кто хочет из нее выбраться, становится отверженным. Поскольку это большое национальное табу, связывающее не только элиты, но и большую часть общества. Эта всеобщая вина определяет польское политическое сообщество.

— Мы являемся сообществом виноватых?

— Сообществом, которое связано утаиванием вины. Она связывает нас сильнее всего. Это не только вина уже минувших эпох. Большой виной Третьей Речи Посполитой является либерализм без справедливости.

— То есть?

— Трансформация в Польше выглядела так же, как наше правление на Украине. Лишь бы по-быстрому хапнуть. Из большой либеральной мысли мы взяли только Хайека (австро-британский экономист, сторонник экономического либерализма и свободного рынка. Лауреат Нобелевской премии по экономике), который считал, что социальная справедливость — это вредный миф, но отказались от Ролза (американский политический философ, теоретик социального либерализма), по которому справедливость — главная проблема либерального мышления. Если изменения осуществляются за счет слабейших, то их результат — доминирование сильнейших, а не всеобщая свобода, Ролз, последней книгой которого была "Теория справедливости", считал, что лучше пусть не будет никаких изменений, чем будет расти неравенство.

— Мы приняли не ту версию либерализма?

— Мы приняли однобокую версию либерализма. Поскольку только это маргинальное направление либерализма можно объединить с доминирующим в Польше элитаризмом, традиционализмом, консерватизмом и клерикальным католицизмом. Из либеральных свобод мы взяли только свободный рынок и выдавали его за либеральную демократию. Поэтому ее так возненавидели. Это нас интеллектуально и морально отбросило к середине XIX века, во времена до того, как Джон Стюарт Милль создал демократический либерализм, являющийся противопоставлением неравенству, которое ограничивает возможность пользоваться свободой.

— Чехи — нет. Словаки — нет. Даже венгры — нет. Почему только мы в регионе приняли такой псевдолиберализм?

— Потому что только в Польше политиканствующей интеллигенции удалось предотвратить возникновение национального капиталистического класса, как это имело место в соседних странах. Мы не заботились о союзниках по бизнесу, ошибочно полагая, что иностранный капитал не имеет национальности и ему можно полностью доверять. Поэтому мы отказались от опоры на польский бизнес, выросший из низов.

Украина и Польша будут бороться за российский газ друг с другом

Это соответствует традициям Востока. Неолиберализм, который на Западе служил ограничению социального государства, в Польше использовался для обоснования новой несправедливости. В нашей части Европы только Польша Бальцеровича и Россия Ельцина выбрали этот путь как полностью соответствующий укоренившемуся пренебрежению интересами народа и вековой традиции отсутствия социальной солидарности… Нигде на Западе такой неолиберализм не прижился. Ни к северу, ни к югу от нас. Модернизация любой ценой — это концепция Востока, где с человеком особо не считаются при реализации идеи, которую выдвигает власть.

— Мы ведь серединка на половинку. Может быть, восточная часть в нас выиграла — сначала в экономической сфере, а сейчас в сфере государственного строительства, а не должна была выиграть. Следовательно, возникает вопрос: почему?

— Не знаю. Победило мнение, что Польша всегда была и должна быть реакционной. Мне кажется, что мы этого не заслужили… А может, как раз-таки заслужили, устремляясь с каждым новым поколением все дальше назад.

898
Теги:
Польша
Герб и флаг Таджикистана в Джабборском Расуловском районе

Родина, амбиции и здравый смысл: в чем национальная идея Таджикистана

1150
(обновлено 11:55 17.02.2021)
Патриотизм стал главной темой в речах многих чиновников по любому поводу - будь то образование, налогообложение или счета за ЖКХ. Проблема в том, что госслужащие и простые граждане по-разному оценивают, что такое любовь к своей стране

ДУШАНБЕ, 16 фев — Sputnik, Алексей Юсупов. В многонациональном СССР жителей 15 республик объединяла одна общая идея - построение счастливого общества коммунизма. Правда, сроки исполнения этого грандиозного проекта постоянно сдвигались, пока не канули в небытие вместе с советской империей.

Разодранное по швам лоскутное одеяло независимых государств закружило в вихре межнациональных конфликтов, гражданских войн и "цветных революций". Новое время конструктивных идей тогда еще не наступило, а на смену созидательным лозунгам пришла пропаганда борьбы с внутренними и внешними врагами.

Сейчас для более-менее стабильных постсоветских республик настало время задуматься о провозглашении масштабной цели, которая позволит консолидировать нацию в едином порыве к прогрессу. Таджикистан не стал исключением.

Патриот? Плати за свет!

В недавнем обращении Эмомали Рахмона к парламенту и правительству слово "патриотизм" и производные от него прозвучали ровно 10 раз - оправданно и к месту. Президент четко расставил акценты на призывах любить родину, очертив контур масштабных задач по развитию страны.

Но вот по нисходящей государственной иерархии термин "патриотизм" стал употребляться по поводу и без. Помимо очевидных позитивных примеров - древних царей, полководцев или светил советской науки вроде Бободжона Гафурова, любовь к родине вспоминают порой в совершенно абсурдном контексте. 

Так, глава одного из регионов республики недавно увязал патриотизм со своевременной оплатой счетов за электричество. Чиновники рангом пониже начали использовать этот метод применимо ко всем видам платежей в бюджет.

Возникают анекдотические ситуации. Мой сосед, бизнесмен средней руки, заплатил все положенные налоги, которые в данный период изрядно "похудели" из-за пандемии. Инспектор Налогового комитета высказал неудовольствие этим фактом и попытался "выжать" у предпринимателя сумму посолиднее. На вопрос, с какой стати он должен платить больше положенного, последовал непрошибаемый аргумент: "Ты что, не патриот?!"

Красиво жить не запретишь: в столице выявили похитителей электричества

Одна из директоров столичных средних школ как-то поведала, что каждый учебный день начинается у ее подопечных с "воспитательного часа", эдакого аналога ПВР (политико-воспитательная работа - армейский термин). Длится он 10-15 минут, в течение которых учеников призывают быть патриотами.

"Так распорядилось наше министерство образования. По сути - это общественная нагрузка, учителям ее не оплачивают. А поднять вопрос об оплате - мигом получишь ярлык непатриота", - жаловалась преподаватель.

По ее словам, аналогичная ситуация сложилась и в вузах. Студенты речи лекторов слушают вполуха, углубившись в смартфоны и время от времени отпуская вполголоса ехидные комментарии.

"Любое слово от слишком частого употребления "стирается". Апеллировать к чувству патриотизма в вопросе коммунальных платежей - априори означает обесценивать смысл этого термина. Любовь к родине должна побуждать к более масштабным свершениям", - уверен социолог Рустам Махмадзода.

Гигантомания не по карману

Второй путь - вселить гордость за достижения таджикской нации, реальные или мнимые. Самый высокий флагшток, самая крупная мечеть, самая мощная ГЭС, самая большая библиотека и т. п. Все эти проекты воплощены в жизнь или реализуются, но доход с них, моральный или материальный, пока отсутствует. Разве только туристов впечатлить.

Зато большинство таких больших объектов, увы, имеют вполне серьезную долговую нагрузку, за которую приходится расплачиваться. Основной кредитор Таджикистана - Китай - пока согласился обождать с обслуживанием внешней задолженности республики до середины текущего года в связи с пандемией. Но рано или поздно возвращать финансы придется.

Эксперты Всемирного банка не раз рекомендовали Правительству Таджикистана на время отказаться от грандиозных строек и пышных празднеств. Призывам вняли лишь отчасти. Во всяком случае от праздников понемногу отказываются, от гигантских строек - пока нет.

Наиболее рационально используются иностранные капиталы в транспортной сфере, чему свидетельство - выход Таджикистана из логистического тупика. Но тут секрет успеха в том, что каждый вложенный доллар расходуется под строгим контролем кредитных организаций, эти средства предоставивших. Им же достанутся и первые прибыли с проекта.

А ведь есть и менее рациональные траты. Четверть миллиарда долларов китайского "Эксимбанка" вложены в строительство суперсовременного парламентского комплекса в Душанбе. То, что не самые бедные граждане, наделенные доверием народа, будут трудиться в комфортабельных залах и кабинетах - само по себе не плохо. Плохо то, что подобный комфорт и близко остается недоступным их рядовым избирателям с зарплатой в полторы-две сотни сомони в месяц. 

Рустам Эмомали раскритиковал строительные компании в Душанбе

Особым почетом в стране пользуются масштабные культурно-массовые мероприятия. В бюджете-2020 на их проведение планировалось потратить около миллиарда сомони. Это больше расходов на аграрную, строительную и промышленную отрасли вместе взятые.

Чиновники утверждают, что большую часть средств на разного рода празднества, чествования главы государства во время посещений регионов и спортивные турниры разного уровня вносят патриотично настроенные предприниматели. Сама по себе практика такого настойчивого привлечения бизнесменов ни для кого не секрет. Но те же деньги, поступающие на социальные нужды, принесли бы гораздо больше пользы государству, говорят эксперты.

Рогунская - главная идея Таджикистана

Казалось бы, в список возможных национальных идей для консолидации таджикского общества можно внести и Рогун, по-настоящему масштабный и важный проект, но это все же не так.

Достройка самой мощной гидроэлектростанции - это общенациональная задача. Даже несмотря на провалившуюся в итоге всенародную приватизацию ГЭС путем распродажи акций, где фиаско больше объясняется нерасторопностью Минфина, а не отсутствием поддержки со стороны населения.

Хотя в некоторых случаях акции буквально навязывали (достаточно вспомнить получение разрешений на тонировку стекол в автомобилях), многие трудовые коллективы, да и рядовые таджикистанцы добровольно вносили сбережения в бюджет, понимая необходимость объекта для быстрого развития экономики родной страны.

Несомненно, полный запуск в эксплуатацию всех агрегатов Рогунской ГЭС выведет Таджикистан в лидеры на энергетическом рынке Центральной Азии. А это значит ускоренную выплату внешних долгов, появление мощного источника пополнения государственной казны, солидные предпосылки для значительного прогресса в экономике.

Но есть два проблемных момента в идиллической картине. Первый (самый свежий) - это пандемия. Средства для продолжения, кроме как из бюджета, взять практически неоткуда. Иностранные инвесторы на фоне разразившегося кризиса большого желания вложиться в строительство не испытывают.

Второй (перманентный) - пресловутый человеческий фактор. Миллиардные долги "Барки Точик", миллионные хищения киловатт-часов, удручающая некомпетентность ряда управленцев и затянувшаяся на десятилетия реструктуризация холдинга - эти подводные камни могут свести на нет все радужные перспективы от эксплуатации ресурсной "палочки-выручалочки" страны.

По одежке протягивай ножки

Ставка на патриотизм в стране, половина трудоспособного населения которой ищет заработков за рубежом, очевидно не так эффективна, как могла бы быть. Мигранты из Таджикистана, выезжая в Россию, очень надеются получить вожделенный российский паспорт, что облегчит им трудоустройство и даст дополнительные возможности для заработка.

"Я хорошо зарабатывал дома, в Душанбе, был водителем в одном из подразделений ООН. Потом проект закрыли, а супруга уже привыкла к определенному уровню жизни. Семейная лодка разбилась об быт. Пришлось выехать на заработки в Москву", - рассказывает Дилшод Ниязов.

Мужчина поселился в ближнем Подмосковье, на первых порах "таксовал". Русский язык знает на уровне родного, что стало отличным подспорьем. Через год подал документы на РВП. По кабинетам пришлось побегать, но вид таджика, прекрасно владеющего русским языком, видимо, вызывал у чиновников "миграционки" когнитивный диссонанс, и разрешение он получил достаточно быстро.

Спустя еще 2 года стал гражданином РФ, снял квартиру в Королеве, на заработанные средства открыл строительную фирмочку. Нанял почти на все вакансии, кроме бухгалтера и завхоза, соотечественников. С самого начала поставил твердое условие - всем говорить на языке принимающей страны.

"Заказчики с удивлением воспринимали строителей-мигрантов, говоривших по-русски, отношение почти сразу же менялось. Клиенты стали нашу фирму рекомендовать знакомым, мы от ремонта начали переходить к строительству коттеджей. Бизнес рос, денег прибавилось", - рассказывает историю своего успеха Дилшод.

Он женился во второй раз, супруга училась в московском вузе, родилась дочь. Детям от первого брака помогает, оплачивает их учебу в России. На родине такого бы добиться не смог, уверен мужчина.

Экономика Таджикистана и других республик после развала СССР

"Быть патриотом, гордиться своей страной может гражданин, достигший при поддержке государства комфортного уровня жизни, решивший все бытовые проблемы. Даже в древней формуле стабильности общества "хлеба и зрелищ" на первом месте стоит все-таки хлеб", - резюмирует Рустам Махмадзода.

На какую составляющую из вынесенной в заголовок триады сделают ставку власти Таджикистана - зависит от них. Но цена неверного выбора слишком высока, предупреждает социолог.

1150
Теги:
Рогунская ГЭС, патриотизм, Таджикистан
Варзишкори тоҷик Фаридун Одилов

Бои, семья и мысли о Боге: как Фаридун Одилов прокладывал путь к победе

696
(обновлено 17:12 16.02.2021)
Фаридун Одилов, известный таджикский спортсмен, рассказал о своем трудном пути к победе, об особенностях тренировок и предстоящем турнире Хабиба Нурмагомедова в Душанбе

ДУШАНБЕ, 15 фев — Sputnik, Фарида Бободжонова. Последние дни Фаридун Одилов находится на пике славы и заслуженно празднует свою победу. В таджикском сегменте интернета соцсети пестрят пожеланиями дальнейших успехов в октагоне.

Похвала, надо сказать, вполне уместная - 9 февраля на турнире EAGLE FIGHTING Одилов в тяжелом поединке одолел Сергея Калинина и заслужил одобрение непобедимого чемпиона UFC Хабиба Нурмагомедова. Нынешний триумф бойца - результат долгой работы и вершина уже имеющихся титулов: в таджикском спорте он успел прославиться как пятикратный чемпион страны по самбо и призер нескольких турниров Азии в данной дисциплине.

Недавняя победа Фаридуна в смешанных единоборствах сделала его имя более популярным не только в стране, но и за рубежом.

В разговоре со Sputnik Таджикистан Фаридун рассказал об отношении своей семьи к смешанными единоборствам, знакомстве со знаменитым спортсменом Хабибом Нурмагомедовом и чувстве победы.

Мама просила прекратить

"Спорт - это "поколенческая" профессия нашей семьи. Отец - выпускник Душанбинского института физической культуры, мастер спорта. В детстве я всегда видел, как он тренировался, и, будучи старшим сыном в семье, я бегал по утрам в зал отца. Когда я стал школьником, отец отправил меня тренироваться с другими наставниками, в частности, с Абдувосидом Шодиевым, по борьбе", - вспоминает Фаридун.

Правда, атлет признается - первые шаги в спорте давались нелегко. Будущий чемпион сперва не горел особым желанием и усердием в тренировках, а на утренние пробежки его буквально приходилось вытаскивать из-под одеяла. Но поскольку спорт - обязательная составляющая дня в семье Одиловых, а Фаридуну нужно было подавать пример братьям, то у юного спортсмена просто не было выбора.

После окончания средней школы в 2010 году он пошел по стопам отца - поступил в столичный институт физкультуры, не прекращая тренировок по борьбе и выигрывая турнир за турниром.

"В 2015 году я в пятый раз выиграл турнир по самбо. После чего тренер посоветовал мне попробовать свои силы в смешанных единоборствах. С 2016 года начался мой путь в ММА. Была еще одна причина - я усиленно готовился к участию в Олимпийских играх в Рио-2016, но так и не смог получить путевку. Я был немного обескуражен и именно после этого решения решил всерьез заняться ММА", - рассказывает Фаридун Sputnik Таджикистан.

Молниеносный нокаут — боец UFC уложил соперника за 9 секунд - видео

Правда, сперва родители бойца не слишком обрадовались такому намерению сына. И если отец примирился с решением Фаридуна, то мама, по словам спортсмена, до сих пор относится к профессиональным успехам сына радостно, однако настороженно, и иногда даже заявляет: "Прекратите уже этот спорт".

Праздник для Таджикистана

Последний бой стал для Фаридуна 15-м по счету в октагоне. Их них - 11 побед, два поражения и две ничьи. Именно немалый соревновательный опыт и 2,5 месяца усердных тренировок стали его главными преимуществами в бою с Сергеем Калининым.

По словам борца, усердно тренируясь, он также усердно просил о помощи свыше.

"Я много молился Богу перед гонкой, чтобы он дал мне победу, и просто был благодарен ему, когда брал пояс с мыслью "все мои усилия были ради этого", - вспоминает спортсмен.

Сейчас спортсмен тренируется на базе клуба "Ахмад Таджикистан" под руководством Раджабали Байонова. Практически весь день он проводит в тренажерном зале, выполняя еще и работу тренера.

Упорная работа в зале и ряд побед в итоге подняли Фаридуна на пьедестал EFC, где он впервые встретился с Хабибом Нурмагомедовым. Что касается турнира в Душанбе, анонсированного Нурмагомедовым на лето 2021-го, то Одилов признает - это будет настоящий праздник для любителей смешанных единоборств.

"Я не пока знаю, буду ли участвовать. Следует отметить, что смешанные единоборства в Таджикистане уже некоторое время запрещены, но мы рады, что недавно был разрешен и организован подобный турнир и что Хабиб объявил об организации боя 9 февраля, добавив, что у него много поклонников в Таджикистане", - уточняет Фаридун.

Кто такой Фаридун Одилов?

28-летний Фаридун - уроженец Джаббор-Расуловского района Согдийской области. Выпускник факультета военной защиты Института физической культуры имени Саймумина Рагимова, пятикратный чемпион республики по самбо, чемпион Азии по самбо, на данный момент имеет два пояса по смешанным единоборствам.

На те же грабли: Порье готов снова драться с Макгрегором

В основном весит в категориях 84 килограмма. Участвовал в смешанных единоборствах на чемпионатах WFCA, FNG, Gorilla Fighting Championships. Самые известные его матчи были с соперниками Дмитрием Шевораковым, Чжан Янгом, Лан Ву.

Своими тренерами Фаридун Шодиев считает Муллобоева Бурхонбоя, Ибронова Джамшеда Зайдуллоева Изатулло. Он нокаутировал своих противников пять раз и один раз был нокаутирован.

696
Теги:
Таджикистан, смешанные единоборства, ММА
Эмомали Рахмон и Мухаммад Ашраф Гани

Мосты, талибы, провода: что обсудят Рахмон и Гани на встрече в Душанбе

259
(обновлено 20:07 02.03.2021)
Афганский президент в марте прибудет с визитом в Таджикистан. Но не столько ради обсуждения борьбы с экстремистами на границе, а сколько ради торговых выгод и цен за свет

ДУШАНБЕ, 2 мар — Sputnik. Афганские чиновники сообщили, что в марте в Таджикистан с официальным визитом прибудет Ашраф Гани. Точную дату прилета, программу поездки и состав делегаций пока еще не объявили, но догадаться несложно - речь пойдет о государственной безопасности и экономике, причем торгово-финансовая часть переговоров окажется намного более значима для Кабула.

По словам научного сотрудника ИМИ МГИМО МИД Шарбатулло Содикова, антикриминальная повестка будет стандартная - охрана безопасности на границах, противодействие наркотрафику и борьба с экстремизмом в условиях ожидаемого наступления талибов.

"В частности, стороны обсудят условия экстрадиции лиц, которые могли быть членами бандформирований или участвовать в контрабанде наркотиков. Пандемия коронавируса лишь усилила криминальную обстановку и создает угрозу и Афганистану, и Таджикистану, поэтому это очень важная тема для властей обеих стран", - отмечает Содиков.

А вот вопросы экономики будут куда более разнообразными. Так, 1 марта в Таджикистан отправился глава палаты представителей афганского Национального совета Миррахмон Рахмони, который обсудил с Эмомали Рахмоном предстоящий визит Гани, а также несколько межрегиональных проектов.

А его зам Махмад Махмадрахим встретился с главой Минэкономразвития Республики Таджикистан Завки Завкизодой и обсудил возможность создания международного логистического терминала на территории СЭЗ "Пяндж" с привлечением афганских инвестиций. Предполагается, что это упростит доставку и реализацию товаров из Афганистана. 

Кроме того, речь на встрече шла также о строительстве совместных предприятий в сферах фармацевтики, легкой промышленности.

"Таджик Азот" ушел с молотка: власти озвучили цену завода

Но конкретные планы развития торговли и производства - не единственное, что предстоит в скором времени утвердить Рахмону и Гани.

В конце февраля Правительство Таджикистана озвучило сроки сдачи объектов по проекту CASA-1000. Масштабный энергетический проект предусматривает экспорт "излишков летней электроэнергии" из Таджикистана и Кыргызстана в Афганистан и далее - в Пакистан.

В Минэнерго Республики Таджикистан заявили, что закончат свой участок уже к концу 2021-го, а значит, уже в следующем году ряд северных регионов Афганистана смогут получить бесперебойный доступ к электричеству. И теперь Рахмону и Гани надо решить, как обеспечить сохранность ЛЭП и цену за мегаватты.

Официальный Кабул неслучайно придает столь большое внимание торговле с соседями по региону.

В отличие от своего предшественника Хамида Карзая, на которого деньги буквально падали с небес (а точнее - из карманов международных спонсоров), внешний финансовый ресурс Гани весьма ограничен. И раз уж президент не может бесконечно полагаться на заграничные инвестиции, то его команда старается хоть как-то поставить на ноги шаткую национальную экономику.

И в смысле экономического потенциала большие инфраструктурные проекты и даже более скромная транзитная торговля - буквально непаханое поле для обеих стран, считает эксперт российского Центра изучения современного Афганистана Андрей Серенко.

"Это прилетавший в Москву глава афганского МИДа Ханиф Атмар недавно, это и Мохаммад Каргар, недавно завершивший свой визит в Баку. Последние полтора года ближний круг Гани реализует одну стратегию - создать условный круг друзей Кабула с опорой не на проблему безопасности, а на экономику и инфраструктуру", - пояснил Серенко Sputnik Таджикистан.

Афганский лидер лично проявляет удивительный дипломатический пыл, пытаясь заручиться поддержкой соседей по региону. За непродолжительный срок Гани побывал в Ташкенте, Ашхабаде, и Таджикистан остается последним приграничным государством Центральной Азии, куда он еще не приезжал.

Гудбай, Талибайден: готов ли Таджикистан к скорой войне Кабула и террористов

Интересы Кабула отлично понимают в Душанбе, и потому встреча двух президентов будет плодотворной и насыщенной по части взаимовыгодных экономических соглашений.

"Афганистан - это очень перспективное направление в плане торговли и транзита. Кто начнет работать с регионом не как с проблемой, а как с ресурсом - тот и выиграет больше всего", - подчеркивает Серенко.

За пределами Центральной Азии первыми это поняли китайцы, ненавязчиво и без лишнего шума предлагающие свои кредиты Кабулу. Что Поднебесная получит взамен - неизвестно, но, как и в случае с Таджикистаном, скорее всего, долю на перспективных месторождениях драгметаллов.  

259
Теги:
Эмомали Рахмон, Ашраф Гани, Афганистан, Таджикистан